Размер шрифта
-
+

Человеческие судьбы - стр. 18

Встречался в лесу Егорыч и с матёрым волком с рваным ухом, о котором рассказал сын и который едва не расправился с детьми. Перебирая в памяти все события на охоте за последнее время, Шурею пришла на память история, когда они обнаружили предполагаемое место днёвки серых разбойников и обложили их красными флажками. Загонщики с собаками выгнали на охотников, стоящих на номерах, четырёх волков, трёх удалось меткими выстрелами убить. Четвёртый, самый крупный, идущий сзади остальных, прижимаясь к земле, ушёл из-под выстрелов и убежал через флажки. Тогда Егорыч и разглядел особую метку этого зверя – рваное ухо и подумал, что, скорее всего, это вожак стаи.

Охотники были уверены, что надолго отвадили чудом выживших волков от своих мест, но неожиданное появление вожака и волчицы говорило об обратном! К тому же и чабаны рассказали об обнаруженных больших волчьих следах вокруг забора летней кошары. Осмыслив все обстоятельства, Егорыч понял, что в гости к овечкам приходил тот самый волк с разорванным ухом.

– Надо вокруг кошары и на пути подхода к ним на ночь поставить капканы, устроить ловушку с засадой, изловить этого лютого и кровожадного зверя во что бы то ни стало! – решил Егорыч.

Прошло дней десять, но волки не появлялись. Только ночами сельчане стали слышать протяжный и тоскливый вой волчицы, который доносился с опушки леса. Волчица продолжала свои заунывные песни с перерывами на несколько ночей, но к деревне не подходила, как будто чувствуя капканы и засаду.

Вначале Белолобый не реагировал на призывный вой волчицы, но с каждым разом этот зов его беспокоил всё больше. Инстинкты просыпались в подрастающем волчонке. Ему было хорошо в уютной будке, его досыта кормили, к нему был сильно привязан мальчик Серёжа. Всё его устраивало, но с возрастом стало приходить понимание, что сытое житьё он с радостью променял бы на свободу. Его манил ночной тоскливый вой одинокой волчицы. В последнее время он часто вспоминал то время, проведённое в уютном логове со своей матерью, нежную заботу о нём, и хотелось вновь её увидеть, почувствовать её запах, приласкаться к ней. Вскоре после очередного услышанного рвавшего душу ночного воя, зовущего к себе, у Белолобого сердце дрогнуло и пришло понимание того, что это зов его матери-волчицы. Он, повинуясь неведомому инстинкту, присел и, задрав морду к тускло светившему в небе месяцу, вокруг усеянному звёздами, ответил ей протяжным воем. Вскоре услышал ответный вой, знак того, что его услышали, и, посмотрев впервые с опаской на хозяйский дом, поджав хвост, залез в будку. С этого времени Белолобого было не узнать. Из игривого щенка он стал грустным, вялым животным. Его не радовала еда, порхающие бабочки, жизнь в неволе стала безрадостной. Серёжа волновался о своём любимце, но он всё понял, когда однажды как-то проснулся среди ночи и пошёл на кухню попить воды. В полусне автоматически он зачерпнул кружкой из ведра воды, попил и уже хотел идти ложиться в тёплую кровать, но до его слуха через открытую форточку окна донёсся протяжный волчий вой, и сон как рукой сняло! Серёжа замер у окна, оно выходило во двор, ему хорошо было видно лежавшего в вольере Белолобого. Этот пронизывающий душу вой доносился из ближнего леса и проникал в душу, от чего по телу бежали мурашки. Мальчик видел, как Белолобый приподнялся, напрягся, а затем сел и, задрав к небу голову и вытянув шею, ответил не менее пронизывающим душу воем. Утром сын рассказ отцу о случившемся ночью. Отец призадумался, решая, как поступить, он понимал, что волчица не успокоится, а сыну сказал:

Страница 18