Цепкие лапы времени - стр. 11
– Вы правы. Пока мы общались в военно-морском пространстве: корабль, мостик, рубка, БЧ, причал, база – восприятие было одно. Сейчас «пообтесавшись» здесь в Москве, я вижу, что человек немного иначе смотрит на многие вещи. На нашу советскую действительность.
Основной тезис, как я понял с его слов: «Так жить нельзя!» Предложение продолжить карьеру на другом уровне, он категорически отверг, заявив, что «совсем не вписывается в партаппарат», что он моряк и «на царя его не учили»!
«Да, – уже после ухода главкома ВМФ соглашался, рассуждая, Андропов, – наблюдающие и работающие с пришельцами специалисты, в том числе по физиогномике, заметили, что у Терентьева отношение к партии, даже к партийной лексике, резко отрицательное. Тут Сергей Георгиевич прав – либеральная пропаганда сделала свое черное дело. Поэтому пускать во власть такого человека – его либо сожрут… тот же Гришин или Романов. Или же он сожрет их, если удержится на вершине и успеет собрать команду единомышленников. Но сожрет вместе с партией».
Личная встреча самого Андропова с капитаном 1-го ранга Терентьевым оказалась короткой и скомканной. На время назначенной аудиенции генсек вдруг почувствовал легкое недомогание, что помешало трезвой оценке и собеседника, и всего содержания.
Ко всему уже составленное мнение помощников о человеке наложило определенную предвзятую «тень».
Офицер стоял в советской флотской форме, на взгляд – моряк и моряк, ровно вытянувшись, но без усердия, без «прогиба», как говорят военные. И во взгляде улавливалось что-то такое – любопытство, но уважения особого не заметил… по крайней мере, так показалось. Будто он, Андропов, уже списанный историей материал. Поэтому беседа была сжатая, не дельная, не детальная.
И больше встретиться с командиром «Петра Великого» генеральному секретарю не задалось.
События закрутились, понеслись вскачь – внешнеполитические (последствия арабо-израильской войны, стычка с американцами на Дальнем Востоке) и внутренние…
Андропов, тогда вдруг получив в свои руки невероятный инструмент послезнаний, хотел немедленно замахнуться сразу на структурные политические изменения – это была эйфория от первичных ощущений возможностей:
– Когда знаешь многое наперед, стратегичность мышления выходит на иной уровень!
И буквально «погрузился с головой в информационное море», что глядело на него с экрана ноутбука. Впрочем, не особо поражаясь, что сотни тысяч метров кинопленки, кипы бумажных документов поместились в столь малый объем электронного устройства.
Как сам подметил:
– И ты как ученик, которому дали в кратчайший срок изучить материал сразу за несколько классов вперед, да еще и с возможностью корректировать, переписывать темы школьной программы.