Буря - стр. 19
Не доев кашу за завтраком, я быстро собралась, наплела про контрольную, к которой нужно успеть подготовиться, и убежала в школу. Любое общение казалось сейчас непосильной ношей. Замкнувшись в себе, я шла быстрым шагом, никого и ничего не видя, пока в голове крутились картинки смерти в одиночестве одна страшней другой: «А если мое состояние парализованности перед жизнью никогда не пройдет? Если я такая на всю жизнь? Рано или поздно не станет родителей и что тогда будет со мной? Кому я буду нужна?»
Мир виделся серым и холодным. Вот я, старая, в полном одиночестве, лежу в пустой квартире, болею и не могу встать с кровати, и я никому не нужна. Ни одна живая душа не проявит участия, не скрасит последние дни. Я буду одна на всем свете.
«Господи, да что же это?!»
Не в силах справиться со своими мыслями, я остановилась. Глубокая внутренняя дрожь накрыла тело.
«В школу! В школу! – говорила я себе. – Там станет полегче, там люди…»
Вдруг сзади кто-то налетел, а затем меня оглушил громкий смех.
– Ой, извините!
Я обернулась и увидела Марка, Петю, Свету и Катю – одноклассников.
– А, Вер, привет! – весело сказали они.
Я с трудом выдавила из себя улыбку. После минут потери надежды – так я называла свои приступы страха – сложно возвращаться к людям.
Ребята шли в школу, и я осторожно пристроилась с ними. Они не возражали. Разговор был веселый. Ребята дружили и за пределами школы, поэтому говорили они о каких-то вечеринках и общих знакомых, которых я не знала, но мне было все равно. Главное – не одна, главное – заглушить страхи: «Ну поскорее бы уже прийти, поскорее бы начался урок! Тогда не останется шанса копаться в себе».
У порога школы Марк остановился покурить и жестом показал, чтобы мы его не ждали. Оставалось всего несколько минут до начала урока. Залетев в раздевалку, я быстро сбросила плащ, сменила ботинки на туфли и побежала в класс. Первый – алгебра. Опоздания жестоко наказывались. Сначала Михаил Николаевич, или МихНих, в упор стрелял из пулемета унижения, а потом весь урок заставлял стоять у доски. Обычно к одиннадцатому классу к таким мучениям уже вырабатывался иммунитет, но я все равно старалась избегать ситуаций, которые могли расшатать мою неустойчивую нервную систему.
В класс я забежала за секунду до того, как Михаил Николаевич закрыл дверь.
«Достаньте листочки и закройте учебники», – с порога сказал он.
Класс недовольно загудел. А я обрадовалась: «Контрольная! Прекрасно! Сорок минут без пугающих мыслей – только уравнения!»
Михаил Николаевич подошел к доске, чтобы написать для нас задачи, когда дверь резко открылась и в кабинет вошел Марк. Все затаили дыхание в предвкушении разборок.