Большая игра без правил - стр. 14
Расположив поблизости от этих двух глухих деревень выведенную с Дальнего Востока бригаду морской пехоты, император Михаил избавил ее от праздного и докучливого внимания разного рода великосветских бездельников и назойливой опеки иностранных шпионов. Но при этом Красная Горка, расположенная на расстоянии чуть более шестидесяти верст от Зимнего дворца, здания Генштаба и Военного Министерства находилась, так сказать, в шаговой доступности для тех, кому бывать в бригаде Бережного приходилось по долгу службы.
Вот и сегодня утром на имя командира бригады Свиты его величества генерал-майора Вячеслава Николаевича Бережного пришла телеграмма, извещающая, что «к вам едет ревизор» – то есть начальник ГАУ генерал-майор Василий Федорович Белый и его помощник полковник Алексей Алексеевич Маниковский. Едут они по своим сугубо артиллерийским надобностям, и примерно к полудню надо направить коляску на расположенный в двадцати пяти верстах вокзал Рамбова (так флотские называли Ораниенбаум). Ибо железная дорога до ближайшего поселка Лебяжье (что в четырех верстах) и до самой Красной Горки пока что лишь на стадии планирования.
Коляску Бережной высылать не стал, а позвонил дежурному и распорядился выслать целый «Тигр» с водителем-сержантом и старшим машины – молодым, только что с военной кафедры, командиром огневого взвода лейтенантом Головатовым, ставшим здесь подпоручиком и кавалером Св. Анны 4-й степени за операцию против армии генерала Куроки на Корейском полуострове. В те победоносные дни наместник Алексеев, пребывающий в отличном расположении духа, щедрой рукой награждал всех, до кого мог дотянуться в рамках своей юрисдикции. Но вообще-то бравый подпоручик в глубине души был самым настоящим «пиджаком с карманами», и даже этим гордился, ибо у него было то, чего обычно не бывает у кадровых военных – то есть гражданская профессия школьного учителя физики.
В назначенное время к перрону вокзала Ораниенбаума подъехал дачный поезд из Санкт-Петербурга, и из него, помимо прочей публики, вышли генерал-майор Василий Федорович Белый, его заместитель полковник Алексей Алексеевич Маниковский и сопровождавший их адъютант в чине штабс-капитана. Лощеный, набриолиненный штабс, представитель славного племени штабных крысюков, считавших, что только им одним открыта истина, недоуменно глядел на встречающих его царских любимчиков, не понимающих, что от добра добра не ищут. Ведь у нас уже есть лучшая трехдюймовка в мире, соответствующая наилучшей французской концепции полевой мелкокалиберной артиллерии: один калибр – один снаряд.