Баламутки - стр. 4
— Танька, ты больная — так шутить? — Зять многозначительно постучал себя по лбу. — Тебе уже восемь лет, а ума нет.
— Мне скучно просто так лежать, — капризным тоном призналась внучка, а потом закинула ногу за ухо. — Баб, ты так можешь?
Сёма весело хрюкнул.
— Дайте воды, — попросила массажистка дрогнувшим голосом. — Зинаида Сергеевна не предупреждала, что у вас такая нездоровая атмосфера.
Я почти обиделась. Почти вычеркнула Лизу из кандидаток в невесты для Никиты, но, взглянув на ее тощие (прям как у Тони) коленки, немного смягчилась.
— Лизонька, прошу вас отнестись к нам с пониманием. Несколько лет назад дети потеряли мать, и с тех пор они немного не в себе. Я, конечно, уделяю им всё свое время, но вы же понимаете: ни одна бабушка не заменит детям мать.
Лицо массажистки на мгновение стало озадаченным, а потом она с интересом взглянула на Никиту.
— Очень хороший парень, — шепотом отрекомендовала я. — Владелец строительной фирмы. Умный, заботливый, с чувством юмора.
Пока Лиза осмысливала новую информацию, я сбегала на кухню и принесла ей стакан с водой. Сделав пару глотков, массажистка приободрилась:
— Давайте с девочкой на сегодня закончим и пока займемся мальчиком.
— Отличная идея! — похвалила я и подтащила к ней Сёму.
Тот выглядел несколько подавленно. Сегодня он плохо спал: постоянно подскакивал и выспрашивал у меня перевод тех или иных английских слов. Хотя, ладно, чего скрывать? Он с самого рождения плохо спит, не в английском дело.
— А можно мне не раздеваться? — спросил Сёма, с мученическим видом присаживаясь на диван. — Принуждение к обнажению — это насилие над личностью.
— Боже, сколько ему лет? — опять занервничала массажистка.
— Тоже восемь. Они с Танюшей двойняшки.
— Почему же он так странно разговаривает?
Сёма почти оскорбился:
— С каких пор иметь богатый словарный запас — предосудительно?
Массажистка сделала еще несколько глотков воды и поставила стакан на журнальный столик.
— Хорошо, если тебе так удобно, можешь не раздеваться.
Сёма нехотя отсадил в сторону медведя и лег на живот. Я огляделась в поисках зятя. Ну надо же! Этот паразит опять ворвался в ноутбук и даже открыл себе какой-то чертеж. Ладно, дети куролесят, но он-то зачем мое терпение испытывает?
— Никита! — рявкнула я так, что в люстре зазвенело. — Ты же обещал!
Зять, конечно, слегка вздрогнул, поморщился, но, к счастью, сразу вернулся в кресло у дивана.
— Приступайте! — улыбнулась я Лизоньке, и та с некоторой тревогой опустила ладони на шею Семы.
Ее движения поначалу казались зажатыми и слегка неуклюжими: видимо, она всё никак не могла поверить, что ей наконец достался спокойный ребенок. Впрочем, через минуту массажистка осмелела и стала массировать нашего мальчишку уверенней и интенсивней.