Размер шрифта
-
+

Апокалипсис начнется в 12.00 - стр. 7

Да и не готов я сейчас на такие действия, нахожусь в некоторой растерянности.

Скорее всего, это какая-то шутка, проверка государством своих новых технологий на ничего не подозревающих гражданах, внезапная и беспощадная. Как тот же пресловутый корова-вирус, просто новый уровень внедрения в сознание рядовых обывателей. Поэтому смешить народ не хочется, скоро все должно закончиться и пойдет прежняя жизнь.

Смотрю на экран смартфона, семьдесят пять процентов зарядки, вполне нормально. Если, конечно, связь останется.

Мандраж усиливается с каждой тающей секундой, я теперь ищу, что можно превратить в оружие, замечаю топор, которым рублю на балконе мясо, когда готовлю еду себе или часто приходящим друзьям. Он достаточно острый и тяжелый, чтобы разрубать на чурбаке любые кости и хрящи, я сам недавно обработал его лезвие точильным камнем.

Вскоре я замечаю, что не один собираюсь дождаться полдня и посмотреть, что он нам всем принесет. На соседнем балконе за мутным пластиком, дополнительно разделяющим нас, я вижу пару своих соседей, взрослых, лет под сорок-сорок пять. Григория и его жену Алевтину, они тоже чего-то ждут и здороваются со мной, а я с ними, когда высовываюсь за край ограждения.

Отношения у нас вполне соседские: то я у них чего-то по мелочи перехвачу, типа перца или муки, то они меня о чем-то попросят ‒ открыть дверь сантехнику или еще какую мелочь житейскую.

Соседи видят мой смешной наряд в этот теплый июльский полдень, горнолыжные куртку и шлем и весело смеются надо мной. Григорий вообще вертит около виска пальцем, намекая, что мне пора провериться у психиатра. Чернявая, фигуристая Алевтина только заливается серебристым смехом, действуя мне на подсознание.

Ну, больше я ничего придумать не успел. Мозги после вчерашней гулянки еще туго соображают. Если случится ядерная война, толстая куртка немного убережет меня от радиации, как еще шлем от ударной волны и осколков. Немного совсем, на пару процентов если, однако, все же убережет.

Можно еще и штаны горнолыжные надеть, но я тогда совсем спарюсь, поэтому надвигаю на глаза солидные горнолыжные очки, прикрепленные к шлему через клапан и резинку. Мир перед глазами меняется, яркие солнечные лучи пропадают, теперь я шуточно пугаю соседей, подвывая и изображая непонятно что.

Балкон у меня открытый, лоджию городить я не стал, как половина соседей, зато другая половина все же загородилась от окружающего мира пластиковыми окнами и алюминиевым профилем. Солнце полдня шпарит с этой стороны и только после обеда уходит за угол дома, давая желанную передышку. Если застекляться, тогда точно кондиционер придется ставить, я пока жмочусь потратить свою месячную зарплату на это дело, обхожусь летом большим вентилятором.

Страница 7