Размер шрифта
-
+

Аларика - стр. 2

Я бездумно накрутила тесемку на палец. Так же машинально дернула. Шнур натянулся с едва слышным звоном. Я вздрогнула. Если… Откуда-то из глубин души, мешаясь со страхом поползла ненависть. Дома я не успела сделать ничего.

Руки словно сами протянули веревку сквозь решетку. Накинули на шею спящего. В голове было пусто – как будто не я, а кто-то другой резко дернул удавку, уперевшись коленом в чужую спину. Сторож захрипел. У меня перехватило дыхание. Совсем забыла, как подобные вещи действуют на таких, как я. Мужчина рвался и дергался, а я тянула шнурок изо всех сил, повиснув на нем всей тяжестью, думая только об одном – если шнур лопнет, все, что случилось до сих пор, покажется мне раем. Или если я просто не удержу удавку – он силен, а я… Стражник все же затих. Я вздохнула с усилием, словно заново учась дышать. Да, все правильно, именно по возможности чувствовать чужую боль узнают целителя. И дару все равно, что для того, чтобы выжить приходится убивать.

Теперь снять ключ. Дверь открылась с жутким скрежетом. Я успела снять нож с пояса мертвого стражника, когда из-за угла вышел еще один. А дальше все было как в тумане – тяжелый нож в руках, боль – моя и чужая, темные коридоры, кровь… Наконец, перед глазами появился портал, появившийся из ниоткуда, и я шагнула в эту черную дыру с бесформенными краями, не слишком задумываясь, куда она может привести.


***


На помосте посреди пышно убранного зала покоилось тело. Обезображенное язвами лицо было совершенно неузнаваемым. Богатая одежда. Меч в сложенных на груди руках. На волосах – тяжелый, усеянный камнями венец. Вопреки обычному, вокруг не было толп пришедших проститься – никого не пустили, убоявшись, что неведомая хворь вырвется из дворца и пойдет по стране. Не было даже стражи у ложа – лишь двое в дверях, и человек, сидящий у изголовья.

Грохнула о стену с силой распахнутая дверь, по каменному полу застучали каблуки. Вошедшую женщину можно было бы назвать прекрасной, если бы не надменная ярость на лице, с которого тщательно наложенный морок убрал все признаки возраста.

– Ты не явился на чтение завещания.

Мужчина не удостоил ее и поворота головы:

– Я знаю его содержание и без того.

– Разумеется. Ведь это ты его диктовал.

– Нет. Диктовал король. Писал законник – тот же, что сегодня читал завещание. Подписи – короля, писавшего, моя, еще четырех свидетелей – хотя хватило бы и двух. Все по закону.

– Свидетелей, – фыркнула она. – Четыре стражника. Сколько веса в их свидетельстве?

– Риа, дворцовая стража – дворяне. Ты готова усомниться в их чести? – человек по-прежнему не смотрел на собеседницу. Казалось, его вообще не занимало ничего, кроме тела на помосте.

Страница 2