1917 Марш Империи - стр. 16
– Черный ворон,
Что ж ты бьешься,
Под моею ты ногой.
Ты добычи не дождался.
Черный ворон?
Упокой!!!
Мотив был знакомым, только Государь пел его как-то необычно, быстрее, под новую, ритмичную мелодию и даже слегка отбивал рукой такт о парапет балкона.
Не желая быть замеченной, Наталья поспешила удалиться, заметив про себя, что настроение у Императора было великолепным.
ГЛАВА
III
. НОЧНЫЕ НЕОЖИДАННОСТИ
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. СТАНЦИЯ МИТАВА. 24 сентября (7 октября) 1917 года. Вечер.
– Еще раз повторяю, господа, никакого повышенного героизма и прочей отсебятины. Ночью или на рассвете вошли, изящно решили вопрос, методично отбились и сдали город подошедшим полевым частям. Если возникнет непредвиденный казус – отходите! Мне не нужны потери, господа! Каждый из ваших бойцов на вес золота – помните об этом!
Слащев продолжал накачку, и Емец видел, что командующий чем-то сильно встревожен или раздосадован. Наконец, причина, вроде как, прояснилась, когда генерал мрачно уведомил:
– Исходя из высших политико-стратегических соображений, вам приказывается взять с собой группу репортеров, фотографов и прочих хроникеров. Помните, что в состав этой пресс-группы войдут и иностранные писаки!
Последнее слово генерал сказал с крайней степени неприязни, и Емец удержал готовое было сорваться словцо, и лишь спросил хмуро:
– А это еще зачем, ваше сиятельство?
– Таков приказ. Необходимо провести образцовую показательную операцию.
Подполковники переглянулись. Наконец Смирнов уточнил:
– И куда их девать, ваше сиятельство? Я так думаю, что в эшелон?
Командующий в ответ лишь скривился.
– Легкой жизни захотел, Смирнов? Так я тебя обрадую – с вами в бронепоезде поедет Лейб-фотограф Его Императорского Величества господин Прокудин-Горский. И кто-то из специальных корреспондентов ТАРР. Остальных, да, можете в эшелон, но так, чтобы они поменьше путались под ногами, меньше видели и, что самое главное, чтобы никто из них не словил глупую пулю в свою дурную голову! Особенно это касается репортера шведской Проппер-Ньюс. Вони потом не оберешься.
Емец не удержался от восклицания:
– О, Господи! А он-то нам зачем???
Слащев холодно смерил его взглядом.
– Есть желание обсудить приказ, подполковник Емец? Погоны жмут?
Тот вытянулся.
– Никак нет, ваше сиятельство!
Побуравив подчиненного взглядом, отец-командир закруглил тему:
– А, вот и ваши гости пожаловали. Как говорится, встретьте их хлебом солью, ведите себя при них хорошо и не сильно уж бедокурьте там. При них.
Офицеры мрачно кивнули.
– Рады стараться, ваше сиятельство.
– А уж я-то как рад, вы себе представить не можете. Все, отставить разговорчики! – Слащев состроил радушие и обратился к подошедшим представителям отечественной и зарубежной прессы. – Господа, разрешите вам отрекомендовать подполковника Сил специальных операций Анатолия Емца, командира этой экспедиции, а также подполковника Василия Смирнова, командира бронепоезда №15 «Меч Освобождения».