Размер шрифта
-
+

1917 Марш Империи - стр. 16

– Черный ворон,

Что ж ты бьешься,

Под моею ты ногой.

Ты добычи не дождался.

Черный ворон?

Упокой!!!

Мотив был знакомым, только Государь пел его как-то необычно, быстрее, под новую, ритмичную мелодию и даже слегка отбивал рукой такт о парапет балкона.

Не желая быть замеченной, Наталья поспешила удалиться, заметив про себя, что настроение у Императора было великолепным.

ГЛАВА

III

. НОЧНЫЕ НЕОЖИДАННОСТИ


ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОССИЯ. СТАНЦИЯ МИТАВА. 24 сентября (7 октября) 1917 года. Вечер.

– Еще раз повторяю, господа, никакого повышенного героизма и прочей отсебятины. Ночью или на рассвете вошли, изящно решили вопрос, методично отбились и сдали город подошедшим полевым частям. Если возникнет непредвиденный казус – отходите! Мне не нужны потери, господа! Каждый из ваших бойцов на вес золота – помните об этом!

Слащев продолжал накачку, и Емец видел, что командующий чем-то сильно встревожен или раздосадован. Наконец, причина, вроде как, прояснилась, когда генерал мрачно уведомил:

– Исходя из высших политико-стратегических соображений, вам приказывается взять с собой группу репортеров, фотографов и прочих хроникеров. Помните, что в состав этой пресс-группы войдут и иностранные писаки!

Последнее слово генерал сказал с крайней степени неприязни, и Емец удержал готовое было сорваться словцо, и лишь спросил хмуро:

– А это еще зачем, ваше сиятельство?

– Таков приказ. Необходимо провести образцовую показательную операцию.

Подполковники переглянулись. Наконец Смирнов уточнил:

– И куда их девать, ваше сиятельство? Я так думаю, что в эшелон?

Командующий в ответ лишь скривился.

– Легкой жизни захотел, Смирнов? Так я тебя обрадую – с вами в бронепоезде поедет Лейб-фотограф Его Императорского Величества господин Прокудин-Горский. И кто-то из специальных корреспондентов ТАРР. Остальных, да, можете в эшелон, но так, чтобы они поменьше путались под ногами, меньше видели и, что самое главное, чтобы никто из них не словил глупую пулю в свою дурную голову! Особенно это касается репортера шведской Проппер-Ньюс. Вони потом не оберешься.

Емец не удержался от восклицания:

– О, Господи! А он-то нам зачем???

Слащев холодно смерил его взглядом.

– Есть желание обсудить приказ, подполковник Емец? Погоны жмут?

Тот вытянулся.

– Никак нет, ваше сиятельство!

Побуравив подчиненного взглядом, отец-командир закруглил тему:

– А, вот и ваши гости пожаловали. Как говорится, встретьте их хлебом солью, ведите себя при них хорошо и не сильно уж бедокурьте там. При них.

Офицеры мрачно кивнули.

– Рады стараться, ваше сиятельство.

– А уж я-то как рад, вы себе представить не можете. Все, отставить разговорчики! – Слащев состроил радушие и обратился к подошедшим представителям отечественной и зарубежной прессы. – Господа, разрешите вам отрекомендовать подполковника Сил специальных операций Анатолия Емца, командира этой экспедиции, а также подполковника Василия Смирнова, командира бронепоезда №15 «Меч Освобождения».

Страница 16